Расплата

Художественные публикации

1941 год. Лето, жара, тихая улочка небольшого провинциального городка… Люди, изнывая от жажды, то и дело забегают в небольшой магазинчик «Пиво и воды», расположенный на окраине дороги.

Продавцом и по совместительству директором этого магазина работает Александр Александрович Тихомиров, а в просторечии – Сан Саныч или Тиша. Его знают и любят все местные жители: уж очень он дружелюбный человек. Кому грамм на сто больше отвесит, кому долг в полрубля простит, кому сумки донести поможет. Невысокий, ладно скроенный, тёмноволосый, он производит впечатление человека серьёзного, которому можно доверять.  К тому же, он всегда улыбается,  приветлив и словоохотлив. Вот только  в небольших серых глазах его читается какая-то неуверенность: смотрит он так, словно извиняется перед вами за что-то…

К своим тридцати семи годам Тихомиров  обзавёлся семьёй. Он любил и уважал  жену свою, Надежду, а уж сына обожал так, что жизнь за него отдал бы, не раздумывая. Тихомиров, следуя семейной традиции,  назвал своего единственного сына Александром, а по-домашнему — Сашкой. Имя это было родовым и передавалось от отца к сыну в семье…

Отец почти везде брал сына  с собой, а люди наблюдали, как Саша и Сан Саныч вечерами гуляли по улицам небольшого городка, увлечённо о чём-то разговаривая. Они были очень дружны – отец и сын. Младшего Сашу соседи называли «папенькиным сынком», что было вполне оправданно.
Надежда работала швеей на фабрике и все свое свободное время уделяла сыну и мужу. Они жили втроем, и никого у них из родни больше не было на всём белом свете.

22 июня 1941 года, в воскресенье,   Тихомировы планировали поехать за город, чтобы поздравить Сашу с окончанием школы.

Сашка же гулял всю ночь с одноклассниками по городу, а под утро прибежал домой, громко стал барабанить в дверь, не переставая кричать: «Откройте, откройте…Война началась». Он тогда поднял на ноги весь дом.  Так и родители узнали о начале войны.

Отец и сын, не раздумывая, утром отправились в военкомат. Мать горько плакала, провожая их, и всё причитала: «Родные мои, как же я теперь без вас? Как же?» «Ничего, мать,- отвечали они, обнимая её, — надежда в нашей семье умирает последней, поэтому ты надейся, что всё будет хорошо…»

Старшего направили служить в пехоту на Северо-Западный фронт, а младшего – в разведку на Ленинградский.

Старший Тихомиров   очень горевал, что не попал с сыном в одну часть. Сказали, что так не положено. И отец смирился, понимая, что он-то точно не смог бы по-настоящему воевать, если бы сын был рядом.

А дальше … Дальше началась совсем другая жизнь… В первые годы войны письма домой писали редко – отступали… А от Надежды письма получали часто…

В первые месяцы войны старший Тихомиров всё осторожничал. Очень уж не хотелось ему под пули лезть… Всё по своим тосковал.

— Солдат Тихомиров, отставить грусть, — сказал однажды старшина. — Что случилось? Умер кто?

— Да нет, все хорошо, жена пока справляется, но очень я по сыну скучаю. Единственный он у меня.

Старшина достал две черно-белых фотографии, улыбнулся и сказал:
— Смотри, это  мои сыновья, Никола и Андрей. Я раньше жить без них не мог, больно любил. Но я здесь ради того, чтобы у них было мирное небо над головой, чтобы они по свободной земле ходили и провели свою юность счастливо.
Сан Саныч эти слова старшины очень воодушевили… Шли дни, недели, и солдат перестал хандрить, потому что времени на раздумья совсем не оставалось. Сначала долго отступали, а потом началось наступление. Здесь уж точно не до хандры было. Втянулся он в военное дело, словно всю жизнь был солдатом. Стрелял хорошо, физически был развит, одним словом, достойный боец.

На войне старший Тихомиров познакомился с молодым солдатом. Очень он напоминал ему Сашку. Вот и старался Сан Саныч о парне заботиться. Сошлись они характерами, подружились. Звали этого паренька Остапом. Родом он откуда-то из Черниговской области был. Так и служили, а мысли постоянно были о сыне: как он там воюет? Жив ли? Сын писал редко, но Сан Саныч на него не сердился за это: война всё же…

Однажды из родного города пришло письмо, но не от Надежды. Писала соседка. Она-то и рассказала, что фашисты разбомбили фабрику, на которой работала Надежда, много работниц погибло. Среди них была и жена…

Сан Саныч совсем впал в отчаяние. Как жить дальше? Но долго горевать не пришлось – снова наступление.

Однажды Сан Саныча вместе с товарищами послали на перехват немецкой колонны. Солдаты быстро дошли до поворота дороги, где должны были проезжать фашисты. Первым шел Остап, за ним – Сан Саныч. Вдруг среди тишины раздался взрыв.

— Враг впереди, двоих задело, встать не могут! — прокричал сержант Карпенко. – Двое остаются здесь, дожидаются подкрепления, а остальные – за мной!

Остались с ранеными Остап и Сан Саныч. Вдруг — выстрел… Остап упал. Казалось, что он лежит тут вечность. Со склона холма спускались фашисты. Сан Саныча они не заметили, но он их хорошо разглядел. Особенно запомнился один – с глазами разного цвета.  Надо было стрелять, защищать раненых, но Сан Саныч словно оцепенел, когда увидел приближающихся немцев. Он спрятался на кустами и наблюдал, как фашисты добивали раненых. Вот всё закончилось, немцы повернули к дороге. Сан Саныч вышел из своего укрытия только тогда, когда немцы скрылись за поворотом. Он чувствовал, что ноги сделались ватными. В душе началась паника: что он наделал?! Трус, предатель…Он это понимал…

Но когда он вернулся в часть, то доложил о нападении немцев, о том, как он защищал раненых, но спасти никого не удалось…

А на следующий день в часть прибыло пополнение. И среди новеньких оказался и сын Тихомирова (кто будет на войне разбирать, кто брат, кто сват). Радости отца не было предела: сын снова рядом, а он, отец, обязательно теперь защитит его от шальной пули.

После обеда отец с сыном не могли наговориться. Бой затих. Была недолгая передышка, поэтому они немного отстали от своих. Шли, разговаривали. И не заметили, как оказались за поворотом дороги. Вдруг раздался выстрел. Сан Саныч не успел опомниться, как сын упал рядом с ним, сражённый насмерть шальной пулей. Отец оглянулся и увидел того фашиста с разными глазами, который добивал наших раненых.

— А-а-а-а! – громко закричал Тихомиров и автоматной очередью пришил фашиста к дороге.

Потом он медленно повернулся назад и  увидел бездыханное тело младшего Сан Саныча. И опять:

— А-а-а!..  Господи! Я убил его собственными руками… Наказан, наказан…

Он приставил автомат к своему сердцу и нажал на курок…


© Все права защищены | Газета онлайн «Молодежное.инфо»

Автор: Савельев Максим Алексеевич (Россия, Москва)