Я не справилась и нашла в себе силы в этом признаться

Мысли вслух

Несколько лет назад я взяла собаку из приюта. Точнее не из самого приюта, а с передержки. Волонтеры очень старались реабилитировать собаку, но она все равно сохранила плохие черты характера. И в этом не виновата. У Руны, так назвали ее спасители, тяжелая судьба. Жизнь на улице, скитания по дворам, жестокое обращение людей, а в итоге приютская клетка. Но все хорошо, что хорошо кончается: вот Руна и у девочек, а как следствие и у меня. Я трепетно приняла новую подругу. Руна среднего собачьего роста, примерно по колено. Светлая короткая шерсть делала собаку еще более хрупкой, чем она была. Я ей особо не приглянулась, она относилась ко мне достаточно безразлично, а порой совсем холодно, из чего следует дальнейший рассказ.

Основная трудность обращения с Руной заключалась в том, что ее нельзя было оставить дома в одиночестве, о чем я совершенно не была предупреждена волонтерами. Я вернулась домой после тяжелого рабочего дня, предвкушая вкусный ужин. Только открыв дверь, я не узнала свою квартиру. Первый шаг в коридор был очень мягок —  поролон ровным слоем покрывал пол, доставая до щиколотки. Обивки на двери не было, хотя она возвышалась на несколько метров вверх. На ней не осталось ни кусочка ткани, только голое дерево. Все вещи из гардероба на полу, вперемешку с белой шерстью. Музыкальные колонки хаотично раскиданы по комнате, столы перевернуты, ковры отодраны… А среди всего разгрома абсолютно безмятежно лежала наша Руна.

Безмолвно я вошла в комнату, оглядела новый интерьер, не веря своим глазам. Ранее отодранный щенками линолеум мне казался концом света, но это просто ничто по сравнению с хаосом у меня дома. История повторялась раз за разом. И было не важно, уехала я на целый день или отлучилась на десять минут – неизменно я возвращалась домой как в хлев. Битая посуда, отодранные обои, раскиданные вещи, и все это приправлялось летающей шерстью. Я была в отчаянии.  Я не знала, что делать, и как дальше жить с моей новой подругой. Вдобавок ко всему я очень полюбила собаку. При мне Руна была ниже травы, тише воды и, если откровенно, вообще не показывалась из-под дивана. Я представляла себе все ее холодное собачье прошлое. Она же столько пережила! Ей было так тяжело! Но и мое человеческое будущее было под вопросом.

Через два месяца я сдалась. Позвонила волонтерам и сказала, что больше не могу. Я плакала, было больно и горько за нашу с Руной “дружбу”, а главное, за свое вынужденное предательство. Приехала машина, люди приняли меня сдержанно, но с нескрываемым холодом. Малышка Руна разбавила неловкую ситуацию и укусила волонтера за лицо. После чего они спешно загрузились в машину и уехали. Я еще долго получала от волонтеров сообщения о чести и верности, воззвания к совести и стихи про предательство. Днями я читала на форуме негодования пользователей, которые узнали про участь Руны. Но я знала одно — я не справилась и нашла в себе силы в этом признаться.


© Все права защищены | Газета онлайн «Молодежное.инфо»

Автор:  Марук Ксения Александровна (Россия, Москва)