О чём молчишь ты?

Художественные публикации

Когда мне было 5 лет, я любил смотреть в окно. Я видел там то, что не было дано видеть другим. Я видел пестрые стаи птиц, видел мягкие и большие облака, которые были похожи на кровать богов, видел огромное небо. Наблюдал за грациозно бегающим котенком, который на моих глазах вырастал. Кто знает, может он станет огромным и сильным, как гепард или маленьким, быстрым и шустрым, как колибри. “Никто не знает” — повторял я себе. Я часто рассуждал о своем будущем; думал о том, где я буду жить, каким стану, кто будет меня любить, кому я буду нужен и нужен ли? Я умел чувствовать мир. Мне было не безразлично. И в 5, и в 10, и в 22. И даже сейчас.

Мне 34 года. Я купил себе квартиру с огромными окнами, высотой от пола и до потолка, на самом высоком этаже. И все это для того, чтобы видеть, наслаждаться. Смотреть с высоты птичьего полета на этот загадочный мир. Он настолько интересен, что мне не хватает дня для того, чтобы насладится природой, людьми, архитектурой. Я брожу сквозь стен высоких домов, похожих на лошадей. Заглядываю в бездонные глаза прохожих, провожаю взглядом животных, смотрю на солнце, небо. Особенно мне нравится подходить к реке и сидеть возле нее. В такие моменты меня посещают мысли, о том, что здесь тоже кто-то сидел; может очень давно, а может буквально 10 минут назад. “Интересно, а о чем он или она думали? О чем они мечтают? О чем они молчат?”.

С самого детства я умел наслаждаться чем-то простым, элементарным: травой под ногами, летнему дождю, грозе в начале мая. Я и сейчас это люблю, как и тогда. Мой самый часто задаваемый вопрос был такой — я подбегал к человеку и спрашивал: “ты молчишь? А о чем ты молчишь?”. Но почему то лишь мама с сестрой отвечали на этот вопрос. И то лишь потому, что мама меня любила больше жизни, а сестра была слишком маленькой. Спросил бы меня кто-нибудь тогда: “Билл, как думаешь, почему тебе очень редко отвечают на твой вопрос?”-и я бы ответил с уверенным взглядом-“Наверное, они не любят или не умеют думать, иначе бы мне ответили..”. Но это тогда. Если бы сейчас ко мне бы подбежал мальчуган и спросил бы о чем я молчу, то я бы сказал, что ни о чем. Хотя на самом деле всю свою жизнь я ищу ее. Я спрашиваю у всех: у громадных деревьев, глубоких рек, у картин гениальных художников и бродяг. Я ищу ее в глубине глаз прохожих, музыке, стихах, во снах. Вся моя жизнь — вечный поиск. Это моя задача, моя цель, моя мечта. И когда я ее найду, то впервые вздохну спокойно. И когда я морозным ранним утром 26 декабря прогуливался в поисках “ее”, когда я обошел практически все переулке этого района и уже успел насладиться всей красотой утреннего зимнего неба, я увидел заброшенный дом. Там было очень много пыли, арматуры и пустоты.

Именно пустоты. Но меня тянула туда надежда находки, а надежда, как говориться, умирает последней. Именно она несла мои ноги вперед. Дом был старый, большой, двухэтажный, он как будто рос вверх, он знал, куда тянуться. Дерево скрипело под влагой мокрого снега, который таял при первых же лучах солнца. У этого дома было всего два окна, это мне показалось очень странным, но они, как огромные глаза старика смотрели на меня с высокой крыши и звали к себе. Я как завороженный смотрел вперед и пытался вглядеться в темноту, благо яркие лучи этого теплого солнечного святила показывали мне путь. Но я, все же, решил закрыть глаза. Решил, что “ее” может найти только душа, а глаза это только помеха. Первые десять шагов были самые сложные. Я боялся оступиться, упасть, но все же шел, потому что я знал, что там, впереди, то, что я так давно искал среди домов, глаз и решеток на окнах. Когда я поднимался по лестнице, то меня повалила с ног кошка, которая пробежала между моими ногами, и тем самым испугала меня, так как я все так же шел с закрытыми глазами. Я упал, но эта неведомая сила, которую я чувствовал, заставила меня встать и продолжить путь. И вот я поднялся на второй этаж, открыл глаза и увидел удивительную картину.

Пустая комната и два огромных окна, как у меня в квартире. Но сразу подходить к окнам я не стал. Усталость валила меня с ног, пройдя до середины комнаты, я сел на пол, который был весь в пыли и мошках, но я был невероятно счастлив. Улыбка не сходила с моего лица, глаза и память, работая сообща, пытались запомнить как можно больше деталей, чтобы было, что вспомнить. Я дошел ровно до половины комнаты, прислонился к стене и сел. Дремота напала на меня, и я уснул. На минуту, может на пять, это не столь важно, но когда я открыл свои глаза я увидел нечто. Как в мультфильме “Анастасия” все ожило. Мое детство стало мелькать у меня перед глазами, но это все происходило будто глаза мои в пелене, под вуалью, а снять ее никак не могу. Я увидел ту же картину моря, висевшую у меня в комнате, себя в пятилетнем возрасте и свой любимый красно-желтый свитер. Маму, сестру, отца. Увидел то небо, ту траву и ту самую кошку, которая грациозно пробегала мимо меня. Маленький я подошел к окну, но почему то уже в моей квартире. А я, наконец, решил подойти к нему. Мы оба сели на пол и смотрели вперед. Видели это голубое небо, этих пестрых птиц и огромные деревья. Мы молчали, но с одной поправкой — мы знали, о чем мы молчим.


© Все права защищены | Газета онлайн «Молодежное.инфо»

Автор: Рыбакова Влада Викторовна (Россия, Москва)